Стрельба из пушек в пустое небо

Большинство моих земляков, российских немцев, считают, что их приняли в ФРГ потому, что они этнические немцы. Пора открыть для них «страшную тайну»: это не так. Более того, законодательство ФРГ вообще не предусматривает приема в страну по принципу принадлежности к немецкому народу. То есть, и само современное государство ФРГ не понимает себя больше национальным государством немецкого народа. Изначально в вопросе определения гражданства в законодательстве ФРГ была заложена традиция его определения по происхождению («принцип крови»), существовавшая в Германии с 1913 года. Но в последнее время этот принцип стал ослабляться с тенденцией к полной его отмене и заменяться «территориальным принципом» (немцем, в смысле гражданства, считается тот, кто родился в Германии). Особенно этот процесс замены принципа происхождения территориальным принципом в определении гражданства ускорился после принятия правительственной коалицией СДПГ и «Зеленых» ряда законов в этом направлении, которые призваны ликвидировать характер ФРГ как национального государства немецкого народа и создать законодательную базу для создания многонационального общества («мультикультурного»). Мы должны ясно видеть, что сегодняшняя политическая элита Германии в силу своей идеологии негативно относится ко всему национальному, немецкому.

Утверждая, что нас приняли в ФРГ как немцев, часто ссылаются на Статью 116 Основного Закона: «Если законом не установлено иное, немцем в смысле настоящего Основного  закона  является каждый, кто обладает германским гражданством, или кто в качестве беженца или перемещенного лица немецкой национальности, его супруга или потомка нашел убежище на территории Германии в границах, существовавших на 31 декабря 1937 года» (Основной Закон Федеративной Республики Германия. Статья 116, Часть 1). 

Но давайте внимательно вчитаемся в содержание этой статьи. Разве в ней можно увидеть что-то, что касается нас с вами? Разве в ней говорится, что гражданами ФРГ могут стать все этнические немцы? По этой статье Основного Закона немцами могут быть признаны только те из российских немцев, которые были под оккупацией вермахта, а потом были введены на территории Рейха в гражданство Германии. Эта же статья позволяет сегодня возвращаться в Германию всем бывшим гражданам Рейха. Этим, например, воспользовались некоторые евреи, бывшие граждане Германии или их потомки, и восстановили свое гражданство. Не все из них, кстати, вернулись в Германию, многие восстанавливают гражданство по принципу: не помешает, на всякий случай.
Нас с вами в ФРГ приняли не как этнических немцев, а в рамках Закона о преодолении последствий войны (Kriegsfolgenbereinigungsgesetz). Законы ФРГ признают, что российские немцы – это коллективная жертва Второй мировой войны и что Германия несет за их судьбу ответственность. Коллективной жертвой немцы в СССР стали именно из-за своей принадлежности к немецкому народу. По условиям этого закона мы должны доказывать, что мы принадлежим к этой коллективной жертве. Для этого мы должны предоставлять разные документы: справки о трудармии, комендатуре и т.п., а также доказывать, что относимся к тому кругу лиц, которых другое государство – СССР – считало немцами, то есть предоставляем свидетельства о рождении, паспорта. Установив, что мы принадлежим к этому кругу лиц, считавшихся в СССР немцами по национальности (то есть принадлежащими к немецкому народу), закон не говорит, что мы на основании этого имеем право на гражданство ФРГ, а определяет, что нам можно предоставить статус «позднего переселенца» - круга лиц дольше всех являющихся коллективной жертвой Второй мировой войны. А уже с этим статусом мы имеем право на получение гражданства ФРГ. Как говорится, почувствуйте разницу!
Правда, у нас самих было твердое убеждение, что мы хотим переехать в ФРГ, потому что мы немцы. Убеждение это окрепло в процессе борьбы за наши национальные права. В своих антрагах правительству ФРГ с просьбой принять нас мы тоже все писали, что хотим жить «как немцы среди немцев». Эта иллюзия поддерживалась представителями государства ФРГ, которые с высоких трибун называли нас «дорогими соплеменниками», «земляками» и заверяли, что «ворота для нас в Германию всегда будут открытыми». Никто из них не предупреждал нас, что ФРГ строит многонациональное общество и что поэтому наша немецкость не вызывает у политиков ФРГ никаких эмоций, кроме равнодушия или желания нас оттолкнуть. Тем выше было наше разочарование, когда мы увидели, что эти политики хотят нас видеть «интегрированными» в мульти-культурное общество как «русских», «казахов», «киргизов» и так далее, но не принять как «немцев в среду немцев». Они хотели видеть в нас просто биоматериал, массу индивидуумов, а не фольксгруппу, связанную внутренне родственными связями, общей судьбой, духовной близостью и именно поэтому так равнодушно пошли на разрыв наших семей, когда родителей отсекли от детей, разорвали близких родственников, не дав им воссоединиться. И они, со своей моральной ущербностью на почве национального нигилизма, не понимают, что совершили преступление. 

До 1 января 2000 года, когда в силу вступил «Закон о реформе права о гражданстве, принятый 15 июля 1999 года (Das Gesetz zur Reform des Staatsangehörigkeitsrechts vom 15. Juli 1999), было так, что, уже получив статус позднего переселенца, мы добровольно подавали заявление на предоставление нам гражданства ФРГ и через какое-то время его получали. То есть, чисто теоретически, мы могли бы этого не делать, что привело бы к странной ситуации: человек принят на постоянное место жительства как поздний переселенец, но не является гражданином ФРГ. Это противоречие и было ликвидировано вышеназванным законом, принятым красно-зеленой коалицией. После этого те, кто получал справку о признании их поздними переселенцами, автоматически получали и гражданство ФРГ. Кстати, социал-демократы и «зеленые» в беседах с нами всегда показывают это как свою большую заслугу перед переселенцами. На самом деле, повторюсь, они в части законодательства, касающегося поздних переселенцев, ликвидировали определенное юридическое противоречие, только и всего. Суть этого закона в другом. Этот закон расширил возможность получения гражданства иностранцами за счет введения  несвойственного для германской законодательной традиции территориального принципа. По этому закону с 1 января 2000 года гражданство ФРГ может получить родившийся в ФРГ ребенок иностранцев при условии, что хотя бы один из родителей прожил на территории Германии минимум 8 лет. Принимает он такое решение самостоятельно в возрасте между 18 и 23 годами. Это законодательство должно было создать базу для ещё большей иммиграции в страну иностранцев. Этому же служил и «Иммиграционный закон» («Einwanderungsgesetz»), вступивший в силу 1 января 2005 года.  

Но вернёмся к нашей ситуации. У меня не вызывает никакого сомнения, что введение языковых тестов для немцев из республик СНГ, желающих переехать в Германию, было специально задумано для того, чтобы затормозить их прием. Спрашивается, если вы принимаете людей как принадлежащих к кругу лиц, определяемых как коллективная жертва войны, то причем здесь языковой тест? Он может быть только одной из возможностей, причем вспомогательной, определения принадлежности человека к этнической группе, ставшей коллективной жертвой. Но если человек убедительно, при помощи соответствующих документов показал, что находился под комендатурой, в связи с депортацией не смог овладеть немецким языком, то какие у вас основания, господа, не признать его статус позднего переселенца? И тут германские политики, прошу прощения за «низкий штиль», начали валять дурака и создавать у всех впечатление, что речь идет о приеме именно немцев. Прием (ещё раз пардон за невольную игру слов) этот иначе как подлым назвать не могу, а потому мы должны на это заявить прямо: вы нас принимаете, потому что признали российских немцев коллективной жертвой войны, так почему же в таком случае придаёте столь преувеличенное значение языку? Мы-то ведь как раз об этом и говорим: наш народ в результате военной и послевоенной судьбы оказался на грани потери всех своих этнических и культурных признаков: языка, религии и так далее. Именно это мы и хотели восстановить, возродить. В странах СНГ мы таких возможностей не имеем, поэтому мы и стремимся, пользуясь Законом о ликвидации последствий войны, переехать в Германию и жить в ней как немцы среди немцев, возрождать свой язык и культуру. А вы говорите: ты не знаешь языка, поэтому не имеешь на это права. Это издевательство над нормальной логикой и логикой самого этого закона.  Если вы нас принимаете как жертв войны, так принимайте и не наводите тень на плетень, вводя языковой тест, проводя собеседование, в результате которого чиновники ФРГ определяют, принадлежит человек к немецкому народу или нет и вводят в заблуждение: вас приняли как немца, а того, кого не приняли, он эту самую «немецкость» потерял, потому и не удостоился чести...

Логика эта рассыпается на глазах, когда начинаешь задавать очень простые вопросы. Например: если вы утверждаете, что принимаете нас, потому что мы немцы, так почему же тогда не принимаете немцев из других стран, например, из Намибии, Аргентины, Парагвая, ЮАР и т.д.? И быстро выясняется, что немцы из этих стран именно как немцы в Германию переехать не могут! Председатель общества Schutzgemeinschaft „Deutsche Heimat e.V.“ Иоганн Тиссен обращался с письмом к уполномоченному правительства ФРГ по делам переселенцев Христофу Бергнеру с вопросом о возможности немцам Аргентины и Парагвая переехать в Германию? На это Х. Бергнер ответил, что «такого законодательства у нас нет» и что он не видит необходимости в принятии таких законов. Когда министр иностранных дел ФРГ Йошка Фишер ездил в Намибию, тамошние немцы, у которых немецкость гораздо выше, чем у российских немцев, попросили его помочь им переехать в Германию. На это он ответил им приблизительно следующее: «Забудьте об этом. Для нас вы не немцы, а намибийцы».

Судить надо прежде всего по делам, а не по словам. А дела вот каковы: параллельно расширению приёма иностранцев в последнее десятилетие в ФРГ приём этнических немцев в рамках Закона о ликвидации последствий войны (Kriegsfolgenbereinigungsgesetz), по которому большинство из немцев из России были приняты в 90-е - нач.2000-х годов, был свернут. Мы видим, что практически перестали принимать немцев из Польши, Румынии, Югославии и уже почти прекратили прием немцев из стран СНГ.

В связи с этим считаю, что те из наших земляков, кто пытается убедить властные структуры в нашей немецкости, на основании чего, по их мнению, последние должны проникнуться солидарностью к российским немцам и беспрепятственно их принимать, просто стреляют из пушек в пустое небо, потому что в этом «небе» даже и «воробьев» нет! Никакие социологические выкладки, никакие песни и танцы в немецких национальных костюмах эту самую национальную солидарность у нынешних этаблированных политиков вызвать не смогут. В нашей немецкости можно было бы убеждать политиков национальных партий, если бы они находились у власти. У власти же находятся политики, которые не могут даже произнести слова «немецкий народ», а говорят о «германском населении». Какой смысл доказывать им, что мы самые-самые  пренастоящие немцы? Именно это их от нас и отвращает. Но многие ли наши земляки это понимают? Мы видим, наоборот, что многие из них, и прежде всего из среды активистов, выступают против наших призывов поддерживать национальные силы, манипулируют ярлыками о «правых радикалах» и «экстремистах». По отношению к немецкому народу радикалов надо искать именно среди левых партий всех оттенков (от недозрелого зеленого спектра до самого спелого красного), а нынче и среди «чёрных» христианских демократов. Мы также видим, что эти активисты из наших земляков действуют так, в первую очередь, потому что озабочены тем, как бы лучше примазаться к властным структурам и решить какие-то свои шкурные проблемы. Например, выбить пару евро для какого-то «интеграционного» проекта, часто к тому же формального и пустого.

На мой взгляд, если мы хотим, чтобы проблема нашего народа в ФРГ решалась  по-настоящему, мы должны увидеть, что она является частью общенемецкой проблемы. Увидев это, мы поймем, что стремиться нужно к тому, чтобы наше государство снова стало национальным. То есть мы должны стремиться к тому, чтобы Германия стала настоящей родиной-матерью для всех немцев, где бы они ни жили, независимо от того, были ли они жертвами ещё Второй мировой войны или им только сегодня стало плохо  в какой-нибудь Аргентине, Парагвае, Намибии или ЮАР, говорят они по-немецки или нет. Для меня примером в этом является государство Израиль: каждый еврей, где бы он ни жил, имеет право быть принятым в своем национальном государстве именно по «принципу крови», то есть происхождения. Именно это я считаю большим достижением для этого народа и хочу такого же для моего. 

Итак, если мы действительно хотим, чтобы ФРГ стала немецким национальным государством, мы должны стремиться к тому, чтобы к власти пришли национальные силы. Мы должны стремиться к полному восстановлению «принципа происхождения» в определении гражданства и к отмене «Закона о реформе права о гражданстве от 15 июля 1999 г.». Мы должны стремиться к изменению иммиграционного законодательства и практики иммиграционной политики, когда в ФРГ принимаются иностранцы из всех частей света, но не принимаются желающие сюда переехать этнические немцы. И выскажу совершенно открыто своё убеждение: с политиками этаблированных сегодня партий мы всего этого не добьёмся никогда. Это надо ясно видеть. Свои голоса на выборах, если мы только хотим всего того, что я перечислил выше, должны отдавать национальным партиям. 

Нашим представителям, которые искренне хотят послужить своей фольксгруппе, сотрудничая с политиками, находящимися у власти, я бы посоветовал бить в одну точку: им надо неустанно повторять, что они берут на себя большую ответственность перед историей, не выполняя Закон о ликвидации последствий войны, который сами же и приняли. Им надо напоминать, что ещё не все люди, относящиеся к «коллективным жертвам войны», приняты в Германию. И все это из-за надуманных препятствий, которые политики ФРГ искусственно воздвигли для наших земляков. Нашим представителям надо говорить о том, что надо решать вопрос с разорванными семьями. Надо требовать от властей объяснения, почему они принимают за год только 3 тысячи немцев из России, в то время как иностранцев до 700 тысяч в год? Только на этом пути наши представители, конкретно из того же Землячества, могут реально воздействовать на то, чтобы меньше их земляков обращались к таким партиям как НДПГ. Если бы правительство ФРГ решало проблемы российских немцев, какой был бы им смысл искать другие политические силы? И если бы Землячество действовало в этом же направлении, не выходили бы из него массово наши земляки, дробя свои силы и создавая всё новые и новые объединения, клубы, движения...
Но ничего этого руководство Землячества немцев из России не видит и, судя по всему, не понимает, а точнее, просто не хочет понимать. Или боится понимать. Более того, участие его сегодняшних представителей в политических акциях антинемецких сил против своих же земляков – это просто позорные попытки его верхушки примазаться к власть имущим, с тем чтобы решать свои личные проблемы.

Генрих Дауб